Великие философы: Элизе Реклю

Апрель 15, 2019 в Книги, Культура

«Великий географ Элизе Реклю, типичный пуританин в своих манерах и в жизни, а с интеллектуальной точки зрения французский философ-энциклопедист XVIII века; вдохновитель других, которые никогда не управляли и никогда не будут управлять никем; анархист, у которого анархизм является выводом из широкого и основательного изучения форм жизни человечества во всех климатах и на всех ступенях цивилизации, чьи книги считаются в числе лучших произведений XIX века и чей стиль поражает красотой и волнует ум и совесть. Когда он входил в редакцию анархистской газеты, то первым его вопросом редактору, хотя и мальчику по сравнению с ним, был: — «Скажите, что мне делать?». И получив ответ, он садился, как простой газетный чернорабочий, чтобы заполнить столько-то строк для следующего номера. Во время Коммуны Реклю просто взял ружьё и стал в ряды. А когда он приглашал сотрудника для какого-нибудь тома своей всемирно известной географии и тот робко спрашивал: «Что мне нужно делать?», Реклю отвечал: «Вот книги, вот стол. Делайте что хотите». («Записки революционера», П. Кропоткин, 1902 г.)

Фрагмент из трактата «Эволюция, революция и идеалы анархизма» (Э. Реклю.):

… Значительное большинство людей состоит из личностей, которые живут как растения и нисколько не стараются воздействовать на среду, в которой тонут, как капля воды в океане. Нисколько не желая преувеличить действительное значение человека, сознательно относящегося к своим поступкам и решившего применять свои силы согласно идеалу, мы можем сказать, что такой человек представляет собой целый мир по сравнению с тысячей других, мысль которых находится в полуоцепенении или погружена в глубокий сон и которые бредут, например, в рядах армии или процессии пилигримов. При подобных обстоятельствах воля одного человека может столкнуться со стихийным движением всего народа. Известны случаи героической смерти при великих исторических событиях в жизни народов, но ещё более значительна была роль личностей, посвятивших свою жизнь общественному благу.

Здесь необходима особая осторожность, так как, говоря о «лучших людях», легко смешать эти слова со словом «аристократия», взятом в обычном его смысле. Многие писатели и ораторы, в особенности из принадлежащих к тому классу, из которого вербуются лица, облечённые властью, охотно говорят о необходимости призвать к общественному управлению избранную группу, которую сравнивают с мозгом в человеческом организме. Но что эта «избранная группа», которая должна удерживать в своих руках управление народами, представляет в интеллектуальном и моральном отношении? Нужно ли говорить, что на этот вопрос все, кто царствует и повелевает, — короли, принцы, министры и депутаты, — отвечают: «Мы эти избранные, мы представляем мозговой аппарат великого политического тела!». Сколько горькой иронии в этом высокомерии официальной аристократии, действительно воображающей себя аристократией мысли, инициативы, умственного и нравственного развития! Скорее верно обратное. Что сказать, например, о развратных аристократах и аристократках, которые толпились в загородных виллах Людовика XV, а в современную эпоху — о цвете французского дворянства, во всей красе показавшего себя во время недавнего пожара благотворительного базара, когда мужчины, спасая свою жизнь, пробивали дорогу ударами палок и сапогов в спины и животы женщин?!

Без сомнения, обладателям состояний более доступны самообразование и науки, но в то же время им легче испортиться и развратиться. Лица, привыкшие к лести, какими обыкновенно являются власть имущие, будь то император или начальник канцелярии, легко могут быть обмануты и никогда не знают истинного положения дел. Им живётся слишком легко, у них нет возможности самим научиться борьбе за существование, они эгоистически полагаются на других, угрожаемые опасностью впасть в грубые излишества и утончённый разврат, так как их окружают люди самого порочного поведения, и чем ниже они падают, тем значительнее становятся в своих собственных глазах; сделавшись скотами, они воображают себя богами и, лёжа в грязи, думают, что окружены ореолом. А кто те, кто стремится захватить власть, ибо считают себя новыми избранниками, так называемой умственной аристократией? Кто эти политики, ловкие льстецы уже не королей, а толпы? Один из противников социализма и защитник того, что называют «добрыми принципами», г. Леруа-Болье ответил нам на вопрос об этой аристократии словами, которые в устах анархиста показались бы слишком резкими и несправедливыми: «Современные политики всех степеней, от муниципальных советников до министров, представляют собой один из наиболее ограниченных и отвратительных классов, какие когда-либо знало человечество. Их единственным стремлением является низкая лесть, поддержание предрассудков, которые они в большинстве случаев сами разделяют, не давая себе ни времени, ни труда на размышления и наблюдения».

Доказательство того, что «аристократии», одна из которых держит в своих руках власть или старается захватить её, а другая действительно состоит из своих «лучших представителей», не могут быть смешаны, даёт история своими кровавыми страницами. Летопись человечества может быть определена как повествование о вечной, непрерывной борьбе между теми, кто, сделавшись хозяевами положения, пользуется властью, и теми, кто рождается полным энтузиазма и стремления к творческой деятельности. Обе эти группы «лучших» находятся в беспрестанной войне, и исторической миссией первых является преследование, порабощение и убийство вторых. Эти официальные «лучшие» — сами боги, которые когда-то приковали Прометея к скале, после чего их наследники, т.е. императоры, папы и всевозможные властелины, заключали в тюрьмы, пытали и жгли новаторов и проклинали их произведения. Палачи всегда состояли на службе у этих «избранников рода человеческого». Находятся и учёные, берущие под защиту их дело. Не говоря уже об анонимной толпе, не умеющей мыслить и закосневшей в своих привычках, находятся учёные и талантливые люди, которые делаются теоретиками абсолютного консерватизма, чтобы не сказать реакции, и стараются удержать общество, остановить его движение, как будто существует возможность удержать силой то, что находится в вечном движении, как несущиеся в пространстве небесные тела. Эти противники прогресса, ненавидящие всё новое, видят во всяком новаторе, т.е. в человеке мысли и идеала, только сумасшедшего. Их любовь к неподвижности общества заставляет их признавать политическими преступниками тех, кто критикует действительность и стремится к лучшему. А между тем они признаются, что раз новая идея получила право гражданства в умах большинства, ей нужно подчиниться, чтобы не оказаться революционером, выступающим против общественного мнения. Но в ожидании этой неизбежной революции они требуют, чтобы с адептами её поступали как с преступниками и чтобы сегодня наказывали за поступки, которые завтра будут считаться обязанностью каждого честного человека. Это они заставили выпить яд Сократа, возвели на костёр Яна Гуса, на гильотину Бабёфа. Они обрекают нас на все ужасы и лишения не потому, что мы неправы, но потому, что мы несвоевременно правы. Мы живём в век инженеров и солдат, для которых всё должно быть вытянуто в струнку. «Уравнивание» — вот лозунг этих нищих духом, которые понимают только красоту в симметрии и жизнь в мёртвой неподвижности…





Оставить комментарий